(0.817095)

Автостопом из Запорожья в Абхазию - 2004


28 марта 2004 года, шесть утра, за окном льёт дождь, темно и неуютно… Я уже не сплю, и погода меня не огорчает. Ведь сегодня начался долгожданный недельный отпуск, и я отправляюсь в странствие. Моя цель – посетить маленькое никем непризнанное государство Абхазия, расположенное чуть южнее Сочи. А ещё – встретить много интересных добрых людей, увидеть мир не с экрана телевизора, а своими глазами. Как всегда, ехать я буду не на поезде, а автостопом. Этот способ путешествия привлекает меня своей свободой, непредсказуемостью, знакомством с замечательными людьми, осознанием того, что всё во власти Божьей. Ведь именно в таких поездках ощущаешь вкус настоящей жизни. 



Итак, в 8 утра я уже на выезде из родного города. За спиной – двадцатикилограммовый рюкзак, в кармане – 130 гривен. Машин на трассе немного, тем не менее вскоре «Камаз» увозит меня в сторону Мелитополя. По пути заезжаю на пару часиков к знакомым в село в Михайловском районе, где меня угощают великолепным борщом. Спустя несколько часов, сменив четыре машины, достигаю столицы Крыма - Симферополя. На троллейбусе доезжаю до п. Лучистое, ставлю палатку в лесу у подножья Чатырдага. Любуюсь великолепным видом горы Демерджи, вершина которой периодически скрывается в облаках, наконец влезаю в спальник и засыпаю. 

29 марта доезжаю сначала до Симферополя, а затем на двух машинах – до Керчи. Один из водителей, офицер украинской армии, интересуется, не наёмником ли я еду в Абхазию. Успокаиваю его тем, что цели у меня несколько другие, да и в Абхазии сейчас не воюют. 

Керчь показался уютным городом, раскиданным по холмам вдоль Керченского пролива. На автобусе достигаю паромной переправы Крым – Кавказ. До 1990 года через пролив ходил железнодорожный паром, который сейчас пришёл в негодность, и остался только автомобильный. Ходит он раз в 3 часа, стоимость билета – 8 гривен по понедельникам и 16 в остальные дни. Украинскую таможню прохожу быстро, и вскоре я уже на пароме. На борт заезжает десяток машин, в основном с краснодарскими номерами. Украинский берег остаётся позади. В пролив в этом месте узкий, не более двух километров. Нашумевшая коса Тузла не видна, похоже кроме политиков она мало кого волнует. Спустя 15 минут плавания паром подходит к порту Кавказ. Предъявляю паспорт и заполняю выданную пограничниками миграционную карточку – теперь целых трое суток я могу находиться в России без регистрации. 

Вечереет, машин практически нет. Наконец добрый водитель соглашается подвезти до станицы с очень интересным названием – Запорожская (ведь сам я родом из Запорожья)! Итак, спустя 2 суток пути, я почти у себя на родине! Радуют глаз таблички в сей станице – «Запорожское сельпо», «Запорожский поселковый совет». Так как ночевать в палатке холодно, решил обратиться к местному батюшке, живущем в домике возле церкви. Сначала он несколько смутился, но когда я рассказал о цели и способах своего странствия, о том, что я из Запорожья - отец Алексий окончательно растаял. Было решено определить меня в местную гостиницу. Молодой батюшка оказался добрейшим человеком, подарил мне толстенную книгу «Язык славян» с основами православия, снабдил крестиком, иконкой, дал полезные жизненные советы. И это всё несмотря на то, что я просил не беспокоиться, а только поставить палатку у него во дворе. Наконец матушка Татьяна провела меня в гостиницу, с двухместным номером со всеми удобствами. Вот уж не думал, что в небольшой станице буду жить в гостинице! Даже теперь у меня остались самые тёплые чувства об этих людях, которые действительно поступают по-христиански. Пусть Бог благословит их! 

30 марта. Анапа, Новороссийск, Геленджик, Джубга, Сочи, Адлер… Города проплывают перед глазами. Водители сменяют друг друга, у каждого из них своя жизнь, свои заботы. Кто-то удивляется моей поездке, кто-то не постигает моей сущности. Но всех этих людей что-то заставило остановиться и взять меня с собой. Хотелось бы, чтобы им тоже встречались в жизни добрые люди, они это заслужили. Один из водителей долго удивлялся моему способу путешествий. Оказалось, что он – директор транспортной компании, автобусы которой курсируют по всему Краснодарскому краю. Он не только довёз меня до Джубги, но и посадил бесплатно в автобус до Адлера. Поначалу я, конечно, обрадовался такому стечению обстоятельств, но узнав, что автобус прибывает в Адлер в 23:30, несколько опечалился. Где искать ночлег в незнакомом городе в такое время? 

Достигнув Адлера, я с неудовольствием покидаю автобус. Ситуацию усугубляет проливной дождь и прохладная для этих мест погода – всего +8. Итак, полночь, я бреду по пустынным улицам этого приграничного города в направлении моря, в надежде поставить палатку на пляже. Холодно и очень неуютно. Вдруг, проходя мимо одной из баз отдыха, замечаю движение на её территории. Похоже, что это сторож с собакой. Такой шанс нельзя упускать: 
- Здравствуйте, я путешественник, еду автостопом из Запорожья в Абхазию. Можно поставить палатку на вашей территории? 
Сначала сторож удивляется, похоже, что он относится к моей просьбе скептически. Но за пару минут рассказа о том, как я здесь оказался, его недоверие исчезает. Вскоре я уже в сторожке, пью горячий чай, поглощаю любезно предложенные бублики, беседую с Михаилом (так зовут сторожа) о жизни. Он не советует ходить одному в горы Абхазии – «могут в рабство взять». Я почему-то этому не очень верю. Говорим также об Украине, России, наконец о чудесах, происходящих в дороге. В половине третьего ночи Михаил показывает место, где я могу переночевать – домик садовника. Спустя пять минут я уже в кровати, радуюсь в душе и благодарю Бога за то, что и сегодня мне посчастливилось встретить столько добрых людей и таким чудным образом обрести ночлег. Наконец, плавно погружаюсь в мир сна… 

Утро, 31 марта. Пасмурно и прохладно, зато растительность вокруг радует глаз. Магнолии, пальмы разных видов, бананы, лавровишни и другие диковинки. Всё это цветёт и благоухает, а в это же время в Запорожье только набухают первые почки. 

На маршрутке достигаю рынка «Псоу», находящегося рядом с абхазской границей. Немного перекусив, без каких-либо проблем пересекаю границу – достаточно лишь показать паспорт. Погранпереход на реке Псоу (официально он называется «Весёлое») – единственная сухопутная связь республики Абхазия с внешним миром. Граница с Грузией пока блокирована. Сезон мандарин и хурмы уже закончился, поэтому поток людей через границу невелик. В основном это абхазские женщины с большими тачками, везущие из Абхазии остатки мандаринов и апельсин, различную зелень, редиску, сушёную хурму. Обратно они везут продукты питания и промтовары, так как в их стране промышленность практически отсутствует. Туристы на границе замечены не были – не сезон. 

Итак, я в Абхазии, в приграничном посёлке Леселидзе. На небольшой площадке множество маршруток (старых «РАФиков») и один «Икарус» готовы довезти пассажиров в Гагру, Гудауту, Сухум. Отхожу от них на полкилометра и начинаю стопить. Машин немного, и все забиты до отказа. Тем не менее, спустя пять минут останавливается пустой «РАФ» и соглашается везти меня до Гагры бесплатно. По пути он постепенно заполняется народом, а я тем временем расспрашиваю водителя о его стране. Едем по дороге вдоль моря, машин мало, по сравнению с Краснодарским краем – тишина и спокойствие. Новые коттеджи, привычные в России и на Украине, здесь отсутствуют. Часто встречаются выжженные дома – остались одни стены. Водитель поясняет, что это жилища грузин, бежавших отсюда во время войны 1992-1993 годов. Чтобы они никогда больше сюда не вернулись, дома сожгли. «Погорячились!» - признаётся водитель. Ведь он тоже участвовал в той войне. 

Наконец, въезжаем в Гагру. Вдоль дороги – красивые высокие пальмы, рядом тянутся пляжи, кое-где – простенькие кафе. Большинство санаториев – пустуют, многие окна – без стёкол. Кое-где жизнь возрождается. Поблагодарив водителя, выхожу в центре Гагры. Вдалеке видны несколько четырнадцатиэтажных зданий со следами военных действий. В то же время, как признак возрождения, сверкает стёклами новенький супермаркет «Континент» - готовится к открытию. Начиная с 2000 года, поток туристов в Гагру постоянно растёт – люди убедились в безопасности этих мест, природа здесь красивее, чем в районе Сочи, суеты меньше, а цены – ниже. Правда, любителям дискотек и ночных клубов здесь пока делать нечего. 

Вскоре «Газель» с номером Карачаево-Черкессии увозит меня дальше. Водителя зовут Вадим, сам он – абхаз, машина зарегистрирована в России. Насколько я понял, у абхазцев есть старый советский паспорт, а у некоторых ещё и новый российский. Валютой является российский рубль, грузинские лари здесь не признают. Узнав, что я с Украины, Вадим вспомнил, что во время войны украинские наёмники воевали на стороне грузин. Но я говорю на русском, поэтому отношение ко мне хорошее. Меня даже угощает печеньем, а я взамен даю свою визитку и приглашаю заезжать в гости в Запорожье. 

Выхожу на посту ГАИ в районе Гудауты. Вместе с абхазскими гаишниками стоит патруль военной милиции российского миротворческого батальона. Туристов нет, работы у гаишников мало. Проезжают либо маршрутки, либо знакомые гаишников, которых штрафовать – грех. Большие грузовики, фуры, в Абхазии отсутствуют. Лишь изредка проезжает старый бензовоз. Машины в основном старые, советские, иногда – крутые иномарки. 

Останавливается «Икарус» до Сухума. Захожу, отъезжаем, рассказываю водителю о себе, после некоторого удивления он соглашается везти бесплатно. Спустя час подъезжаем к Сухуму, спускаемся по серпантину. Вот и окраины города. Бросается в глаза множество разрушенных зданий. Наконец, выхожу на вокзале, в котором нет ни стёкол, ни дверей – следствие пожара. Разговариваю с пожилой женщиной, которая ехала в том же автобусе, что и я. Удивившись, что мне негде ночевать, она приглашает меня к себе домой. Сменив две маршрутки, добираемся к её дому в районе Красного Маяка, недалеко от моря.

Раиса Васильевна – русская, прожила почти всю жизнь в Сухуме, даже во время абхазо-грузинской войны не покинула город. Оказалось, что ей – 68 лет и она уже прабабушка, хотя очень активная и выглядит намного моложе. Её дети уехали в Костромскую область. Вечером она рассказывала о блокаде города в 1992-93 году, о бомбёжках, о бандитах в масках, грабивших город, о том, как люди целый год ходили за хлебом в 3 часа ночи, о наёмнике-украинце, который, заблудившись, ворвался в их дом и стрелял в потолок. Тем не менее она не испытывала ненависти ни к грузинам, ни к абхазцам, а относилась к этой войне как к стихийному бедствию. 

Оставив рюкзак и немного перекусив, я решаю прогуляться по городу. Выхожу на аккуратную набережную, полностью безлюдную. Фотографирую, удивляюсь окружающей меня обстановке. Гуляю по центральным улицам – здесь людей побольше, много молодёжи моего возраста, часто встречаются симпатичные абхазские девушки с чёрными волосами. Одеты они не хуже наших, только вот мобильных телефонов не заметно. В книжном магазине – литература на русском и абхазском, старые советские наборы открыток, карты, местные газеты. 

Захожу в телеграф, звоню домой. Стоимость минуты разговора – 10 рублей в любую страну СНГ. Качество связи – плохое, почти ничего не слышно. Обнаружил также интернет-кафе, похоже единственное в городе. Подхожу к пустому, выгоревшему зданию правительства Абхазии, очень похожему на Белый Дом в Москве в 1993 году. Иногда по улицам проезжают троллейбусы, которых в городе всего 4 штуки, ходят они не всегда регулярно. Любуюсь пальмами и колоритной южной растительностью, а также коровами, пасущимися в центре столицы этого необычного государства. Покупаю лимонад в стеклянной бутылке производства сухумского завода - вспоминаю советские времена, ведь сейчас все бутылки у нас из пластика. Возвращаюсь, долго не могу найти дом, где я остановился. Спросить не у кого – кругом мрачные двухэтажные дома, в которых давно никто не живёт. Наконец, добравшись домой, ужинаю, смотрю местные новости по ТВ, беседую с Раисой Васильевной о жизни людской и, усталый и счастливый, ложусь спать. 

Утром, 1 апреля, попрощавшись c хозяйкой, двигаюсь в путь. Погода стоит ясная, вдали виднеются заснеженные вершины гор. Сегодня в моих планах посещение Новоафонского монастыря. Это недалеко, всего в 22 км от Сухума. Решил проехаться туда на автобусе. На обгоревшем сухумском вокзале неожиданно подходит мужик в кожанной куртке и начинает командным тоном расспрашивать – кто такой, куда едешь и т.д. В свою очередь я поинтересовался его личностью. Показывает удостоверение – полковник местной милиции. Пригласил меня в свой кабинет (единственное целое помещение на вокзале), обыскал, спросил, что будем делать – регистрация ведь у меня отсутствует. В ответ я поведал ему о своём странствии, о значении вольных путешествий, о том, сколько людей с моих слов узнают об Абхазском гостеприимстве. После таких слов человек этот преисполнился национальной гордости и отпустил меня с миром, даже извинившись – обстановка, мол, обязывает! 

Спустя час я уже в Новом Афоне. Вверху, на горном склоне возвышаются купола Симоно-Кананитского (Новоафонского) монастыря, основанного в 1875 году русскими монахами со святой горы Афон (Греция). Монастырь назван в честь апостола Симона, проповедовавшего на обширной территории черноморского побережья Кавказа, который, по преданию, похоронен именно здесь, в долине реки Псырцхи. В 1888 году монастырь посетил царь Александр III. Вскоре были построены основные здания монастыря, а также одна из первых в Российской империи гидроэлектростанций. 

Поднимаюсь к монастырю по уютной, но безлюдной кипарисовой аллее. По пути знакомлюсь с парнем-абхазцем, который, как оказалось, учится в семинарии при монастыре. Он провёл меня во двор обители, познакомил с монахами и студентами, я же рассказал о своей поездке и дальнейших планах, а также подарил в монастырскую библиотеку толстенную книгу «Язык славян». Вскоре мне предложено остаться переночевать, предварительно спросив благословения у отца Андрея, настоятеля монастыря. Вообще, атмосфера очень дружелюбная, многие спрашивают, как живут люди на Украине, и как можно ездить без денег. 

Удар колокола созвал всех в трапезную – обедать. Никогда ещё я не ел в монастыре, поэтому всё происходящее было в диковинку, не покидало ощущение, что участвуешь в съёмках фильма о средневековье. Трапезная представляла собой огромный зал, стены которого расписаны фресками. Монахи, студенты семинарии и паломники обедали за тремя разными столами. Я обедал со студентами. Все подошли к столу, я уже хотел сесть, но меня предупредили, что сначала будет молитва. Затем началась трапеза. Стол уже накрыт, в рационе сегодня – суп с грибами, гречка, квашенная капуста, чёрный хлеб, чай. Сейчас – пост перед Пасхой, поэтому мясо отсутствует. Всё напоминает армию своим аскетизмом, но здесь – вкуснее и добрее. Студенты постоянно беспокоились, накладывали мне еду, подливали чай. Всего их здесь человек двадцать пять - абхазцев, мингрелов, русских, греков, армян в возрасте от 16 до 36 лет. 

Раньше я думал, что в монастырь уходят странные, замкнутые в себе люди, которым ничего не нужно от жизни. Теперь убедился, что это совсем не так. Люди эти просто ищут чего-то высшего, стараются постичь смысл земной жизни и дать пример другим. И только за это они заслуживают уважения. Кроме того, от жизни они здесь вовсе не оторваны. Студенты изучают науки, языки, компьютеры (в монастыре 9 компьютеров, есть даже системный администратор, послушник). У всех есть свои обязанности, то есть послушание: кто-то преподаёт, кто-то работает, строит, заведует хозяйством, библиотекой, дежурит на входе - работы всем хватает. 

Пообедав, решаю прогуляться по окрестностям. Компанию мне составит отец Вениамин, любезно согласившийся рассказать о местных достопримечательностях. Он оказался интереснейшим человеком. В Новом Афоне он живёт в гостевой келье, пишет автобиографичную книгу. До этого о. Вениамин был настоятелем крупного монастыря в Пермской области. Часто его монастырь посещали известные люди, политики, например Путин. На о. Вениамина президент России произвёл благоприятное впечатление: «Аскетичен, как и все разведчики». Как всегда, меня интересовал вопрос, как этот человек пришёл к Богу. Для о. Вениамина это был процесс постепенный. Сначала – учёба, служба во внешней разведке СССР во Въетнаме, участие в организации переворота в Эфиопии в 1973 году, ранение. В то же время личные трагедии – сначала гибель в автокатастрофе родителей, а потом – жены. В середине 80-х он обросает работу и уходит в монастырь. В 2000 г. в Чечне разбился на вертолёте старший из четырёх сыновей – он тоже был военным. На мой вопрос, не разуверился ли он в Бога после этих несчастий, о. Вениамин ответил, что его сын был человеком не от мира сего, глубоко верующим, сам просился в коммандировку в Чечню (хотя служил в штабе в Москве), поэтому возможно Бог просто призвал его к себе раньше срока. 

Побродив вдоль реки Псырцхи, плотины и мандариновых плантаций, о. Вениамин вернулся в келью, а я решил взобраться на соседнюю Иверскую гору. Высота её не велика – менее 400 м, но на вершине виднелась достопримечательность – развалины древней Анакопийской крепости IV-V веков. Поднявшись по серпантинной тропе на вершину, останавливаюсь, любуясь открывшимся видом. Внизу – купола монастыря, который теперь кажется игрушечным. Вдали на юго-востоке виднеется Сухум. Сколько хватает глаз – лазурное море. В развалинах крепости находится ёмкость с водой, которая странным образом периодически пополняется. Монахи раньше даже считали её чудодейственным источником. Однако скорее всего источник наполняется дождевой водой, проникающей сквозь песчаный грунт. Отдыхаю, наслаждаясь пением птиц, горячим весенним солнцем и красотой мира. Ради этого стоило проехать более тысячи километров автостопом! 

После ужина меня пригласили в монастырскую библиотеку на просмотр видеофильма о туринской плащанице. Затем о. Геронтий показал мне комнату (келью), где мне предстоит провести ночь. Из окна открывался великолепный вид на высоченные пальмы, кипарисы и море. Проходя по неосвещённому коридору монастыря с пустующими кельями и зияющими глазницами окон, в которых проплывают звёзды, вспоминаешь фильмы о привидениях в старинных замках. В какие только места не приведут странника вольные путешествия! Разве можно сравнить это с номером в гостинице! Размышляя таким образом и благодаря Бога за этот чудный день, засыпаю в уютном спальнике. 

Утром 2 апреля прощаюсь с монастырём и его гостеприимными обитателями и с большим неудовольствием покидаю этот уютный уголок Земли, надеясь когда-нибудь снова сюда вернуться. Пока автобус несёт меня к российской границе, любуюсь проплывающими заснеженными пиками гор, которые так манят своей непохожестью на степные украинские просторы. Вскоре я уже в России – проезжаю Адлер, Сочи. Здесь снова – шум, обилие рекламы, магазинов, от чего уже успел отвыкнуть в Абхазии. На рейсовом автобусе выбираюсь из Сочи, достигая посёлка Головинка. Оттуда женщина на «Жигулях» подвозит меня до Лазаревского. Жалуется на жизнь, ведёт себя очень нервозно, часто проклинает водителей. 
Удивительно, насколько человек может погрузиться в бытовые проблемы, не замечая вокруг себя прекрасного. Ведь многие мечтают побывать на море, едут сюда через всю страну, а тут всё под боком – и человек жалуется на судьбу. 

Лазаревское приходится преодолевать пешком, но я не унываю – рюкзак уже не кажется таким тяжёлым, как вначале поездки, да и приближение к дому придаёт силы. Два мужика на «Жигулях» подвозят до поста в Магри – это граница Большого Сочи. Вскоре останавливается парень на «Форде». Едет он в Краснодар из Адлера – именно туда мне и надо, так как возвращаться буду через Ростов. Николай оказался интересным в общении человеком, сам когда-то увлекался альпинизмом, сейчас частенько ездит в Красную Поляну под Сочи – кататься на лыжах. Разговариваем о жизни, о путешествиях, тем временем переезжаем Кавказский хребет и, о чудо! – начинает валить сильный снег! Даже не верится, что вчера я загорал в Абхазии и было +20. 

Подъезжаем к Краснодару, метель не утихает, начинает темнеть, так как уже вечер. Николай спрашивает, где я собираюсь ночевать – отвечаю, что у меня есть палатка, в ней и переночую. Видимо, его это удивило, так как вскоре он звонит по мобилке и договаривается, что я переночую в домике вахтовых рабочих, где его отец является бригадиром. Вскоре мы уже в Краснодаре, во дворе фирмы, строящей туннели. Прощаюсь с Николаем, благодарю его за помощь и располагаюсь в вагончике, где уже живут четверо рабочих. Спать я буду на двухярусной кровати. Перед сном часа полтора рассказывал рабочим о вольных путешествиях, да и вообще о жизни. Между собой они говорили только матом, со мной же переключались на нормальный язык. Рабочие эти родом с разных мест – Ростовской области, Ставропольского края, Кабардино-Балкарии; работают они вахтовым методом – по 15 дней без выходных. Жизнью и жёнами своими большинство почему-то недовольны. Чтобы хоть как-то порадовать этих людей, дарю им «Практику Вольных Путешествий» А. Кротова. Наконец, после райского горячего душа (райского, потому что ехал целый день без остановки, замёрз и устал), а затем сытного ужина засыпаю. 

3 апреля, Краснодар, холодное утро. На трамвае и автобусе выбираюсь из города. Около часа стою на трассе, валит снег, никто не останавливается. Не верится, что это юг России. Вскоре долгое ожидание с лихвой компенсируется – останавливается грузовик. Водитель, турок, практически не понимает ни по-русски, ни по-английски. Напарника у него нет. Используя карту, объясняет, что едет из Новороссийска в Казань через Ростов-на-Дону. Новороссийска достиг на пароме из турецкого Самсуна, о чём красноречиво свидетельствует удочка в кабине (турок ловил рыбу с парома). 

Все четыре часа пути до Ростова приходилось общаться жестами, хотя некоторые наиболее употребительные турецкие слова я у турка выведал и записал. В салоне всё время играла турецкая музыка, при этом отличить одну песню от другой было совершенно невозможно. Останавливали нас на каждом посту ГАИ, турку обходилось это в 100 рублей. Вообще, он оказался добрым малым, даже угостил обедом в придорожном кафе, несмотря на то, что я отказывался. В благодарность во время обеда я следил за тем, чтобы никто не порезал тент фуры и не поживился товаром. В 13-30 мы уже на ростовской объездной в районе Аксая, прощаюсь с турецкоподданным – мне на восток, на трассу Ростов-Одесса, ему – на север, в Казань. 

Около часа занимает прохождение Ростова на автобусах. Несколько попуток – и я уже за Таганрогом, вблизи украинской границы. Холодно, периодически идёт снег, машин очень мало, зато останавливается каждая четвёртая. Чтобы согреться, решил одеть тёплые штаны, стою, переодеваюсь, степь кругом. Вдруг откуда ни возьмись подъезжает машина, из которой выбегает мент с дубинкой. Естественно, начинает доставать глупыми вопросами – мол, кто такой, что в степи делаешь, что в рюкзаке и т.д. Ситуация интересна ещё тем, что в 2 км – граница. Наконец, сей страж порядка удовлетворил своё любопытство и уехал. Меня же вскоре подбирает Москвич-412 с добрыми людьми, мужчиной и женщиной, с которыми благополучно пересекаю границу и оказываюсь за Новоазовском. 

Вечереет, дует жуткий ветер, рядом – хмурое Азовское море, степь и пустынная трасса. Если за 15 минут никто не остановится – прийдётся идти в посадку и ставить палатку, а делать это ой как не хочется. Но и сегодня удача не отвернулась от меня. Откуда-то появилась машина, и через полчаса я уже на автовокзале Мариуполя. Ночевать в этом городе нет никакого желания, поэтому сажусь в первый попавшийся автобус и через полтора часа оказываюсь на вокзале в Бердянске. Это уже практически дом родной. И тут вновь благоприятные обстоятельства: через полчаса отправляется поезд до Запорожья, который ходит через день. Единственная проблема – у меня не осталось ни копейки украинских денег, только российские рубли. Обменять их в маленьком Бердянске в десять часов вечера оказалось проблемой. Наконец, одна из продавщиц привокзального магазина согласилась произвести обмен по выгодному для неё курсу. Я богат! У меня целых 15 гривен ($3) в кармане! Как раз хватает на билет до Запорожья в общем вагоне, мороженное и шоколадку моей любимой жене Люде! 

5-30 утра, 4 апреля, воскресение. Вокзал Запорожье-1. Я дома!!! В плен никто не взял, на минах не подорвался, с маньяками не встретился, зато познакомился с кучей интересных добрых людей и увидел мир таким, каким он есть. В родном городе всё по-прежнему – люди ходят изо дня в день на работу, всё течёт своим чередом. Но внутри у меня что-то поменялось, ведь каждая поездка – это как маленькая, но интересно прожитая жизнь. Спасибо всем, кого я встретил за эту неделю! Спасибо моей жене Люде за терпение! До новых встреч! 

2 июня 2004 г. 15-00 
Альберт.
 


Автор: Альберт
Отчет можно обсудить на нашем форуме.

 
 
 

Вопрос-Ответ

Счетчики:

Яндекс цитирования