(0.889217)

ЭКОЛОГИЧЕСКИЙ МИФ


   Модные слова "экология" и "зеленое движение" оказались неожиданно для нас после анализа экономической ситуации неразрывно связанными с борьбой фирм, промышленной коррупцией, разведкой соседних "дружеских" держав, борьбой мафиозных кланов и т.д. и т.п. Миф о глобальной проблеме озоновых дыр, как выяснилось, служит формой борьбы со сверхзвуковыми самолетами типа "Конкорд" и холодильниками, работающими на фреоне. Выборы в разнообразные органы власти порождают потоп "зеленых" экологических мифов и слухов, которые, благодаря полной неграмотности не только выбирающих, но и выбираемых, даже не опровергаются учеными. Экологический миф о вреде завода марганцево-кислого калия обернулся исчезновением марганцовки у нас в стране, поскольку "зеленые" добились закрытия единственного в бывшем СССР предприятия, производившего этот необходимый продукт в городе Саки в Крыму. Творчество подменено разрушением.
   Еще в прошлом веке, веке "торжества научного знания", сложились представления о том, что рост материальных благ обеспечивает счастливое существование не только наше, но и наших потомков (идеи Мальтуса были нужны лишь для того, чтобы показывать, как плохо не соглашаться с этим). Это направление обрастало "научными прогнозами" и формированием системы "общечеловеческих ценностей". Но к концу XX века оказалось, что рост "благ" разрушает биосферу и оборачивается обнищанием части человечества и деградацией личности. Выход из этого противоречия ищут теперь в неолуддистских руссоистских призывах "назад к природе", которые присутствуют в экологических движениях многих стран.
   Отечественное "зеленое" движение зародилось в борьбе против проекта "переброски северных рек", призванного материализовать древнее проклятие - "Да потекут ваши реки вспять". Приобретенный опыт сформировал "образ врага" -централизованное планирование, управляемое в тоталитарном государстве партийными структурами. "Переброску рек" удалось пресечь, но сработала Чернобыльская катастрофа, сдетонировавшая взрыв Державы.
   В национально-территориальных образованиях СССР, представлявших собой продукт распада Российской империи, экологические движения против гигантских строек вылились в борьбу против местных властей, поскольку там эти стройки были источником неконтролируемых средств и стройматериалов, завоз которых в несколько раз превосходил необходимое. Обогащалось не только высшее начальство и посредники, но и окружающее население. Так возникли городок '"и множество благоустроенных сельских усадеб и домов вокруг ИнгурГЭС, поселки Коммунизм, Ленина и Калинина около Мургабской ГЭС (Туркменистан), поселки и дачи вблизи водовода Арпа-Севан, Армянской АЭС и Ленинакана (Армения).
   В Эстонии экологическое движение сформировалось в борьбе против разработки фосфоритов и сланцев, в Литве - цротив горевшей Игналинской АЭС, в Армении -против завода синтетического каучука "Наирит", в Чечено-Ингушетии - против Гудермесского биохимического завода, в Таджикистане - против высокогорной Рогунской ГЭС, в Средней Азии в целом - в защиту Арала и против применения пестицидов и дефолиантов на хлопковых полях, а на Украине и в Белоруссии - в борьбе с последствиями Чернобыля и вокруг дележа гуманитарной помощи и поисков виноватых в Москве. Сформировавшись в борьбе против центральной власти, экологические организации в процессе дальнейшей суверенизации стали действовать как националистические движения, побросали зеленые хоругви и ухватились за многоцветные националистические флаги-прапоры. Среди них "Невада-Семипалатинск" (Казахстан), "Бирлик" (Узбекистан), "Рух" (Украина). После обретения независимости литовский "Саюдис" выступил за расширение Игналинской АЭС, в Латвии дружно "забыли" о вреде Слокского комбината, в Армении заработал "Наирит", а Таджикистан получил от Пакистана и Саудовской Аравии заем для завершения строительства Рогунской ГЭС, обреченной на разрушение рассекающим ее сейсмоактивным разломом. Мы помним многих экологических соратников из республик, которые, начав свой путь с борьбы против власти, теперь стали членами национальных, нередко - националистических правительств, пройдя по пути от Ж.Руссо до якобинцев, от благородной защиты священной рощи под Гудермесом до грабежей и диверсий на железной дороге. "Зеленое движение" оказалось субъектом распада и генератором новых, еще более страшных экологических катастроф.
   Система не может быть оценена выработанными ею же критериями. Этика построения человеческого будущего, меняющиеся менталитеты, ограничивающие ее, должны быть выведены за рамки науки и "общечеловеческих ценностей" на более высокий - нравственный, религиозный уровень. Искренняя и благородная борьба "зеленых" или прогнозы ученых лишь на первых этапах выглядят как "забавы взрослых шалунов", но для внимательного взгляда уже тогда просвечивало заложенное в них требование сегодняшних человеческих жертв и уничтожения - тоже для будущего - природных ресурсов. Концлагеря, убийства и войны лишают жизни не только непосредственные жертвы, но и тех, кто мог бы быть рожден ими - и все ради светлого "будущего". Напротив, даваемые в Откровении иные - надчеловеческие, абсолютные ценности, осознание грядущего в страданиях Конца Света, дают нормы, исключающие поступки, преступные для будущего.
   Из сказанного понятны универсальные пути эволюции "зеленого движения". Лишь в начальной, романтической фазе, оно зеленое. Вместе с созреванием желтеет, а из-под снега все листочки - коричневые. Гитлер, как известно, был председателем Общества защиты животных. Он трогательно любил собачек.
   Поучительна история "зеленых" Грузии. Начало этого "зеленого" движения - лето 1988 года, когда начались акции протеста против строительства транскавказской магистральной железной дороги. Сначала говорили, что это строительство нарушает экологическое равновесие и усугубляет состояние исторических памятников. Но весной 1990 г. член Политкомитета Партии зеленых Грузии Ираклий Чубинишвили открыто заявил о том, что главная причина прекращения строительства -политическая, поскольку дорога эта создавала стратегическую возможность оперативной переброски войск с севера. Так вновь (подобный проект успешно тормозило царское правительство еще в XIX веке) не состоялся наиболее экологически и экономически разумный вариант соединения Северного Кавказа с Центральным Закавказьем. Вместо этого были организованы, как видно, более "экологически чистые" война в Южной Осетии и блокада Армении.
   Следующие шаги "зеленого движения" в Грузии - протесты в Гори и Сухуме против завоза радиоактивного мяса, с помощью которых планировалось вызвать недовольство Союзом в Южной Осетии и Абхазии; формирование экологической ассоциации (весна 1989 г.) и кампания против строительства плотины ХудонГЭС на Ингуре с целью спасения "древних самобытных районов Сванетии"; создание на фоне нараставшего в этих условиях энергетического кризиса (остановка Армянской АЭС, авария на Мингечаурской ГЭС, повреждение ЛЭП, поставлявшей энергию из России и др.) Ассоциации "зеленых" Грузии и, наконец, Партии зеленых Грузии, которая вошла в блок "Круглый стол - Свободная Грузия", одержавший победу на выборах в октябре 1990 года и приведший к власти Гамсахурдиа. Зураб Жвания, спикер Партии зеленых, подписал Обращение Блока, в котором прозвучал неведомый ранее в экологии и политике термин "незаконное население Грузии". Незаконное - это некоренное, т.е. негрузинское население. Помимо чисто экологических программ, "зеленые" Грузии возглавили программу "Кавказ - наш общий дом", утверждая, что Кавказ - регион, где на протяжении веков живут люди различных национальностей и вероисповеданий, традиций и обычаев и где в силу своего географического, геополитического и исторического положения Грузия могла бы выполнить функции "мудрой и доброжелательной", координирующей и консолидирующей силы. В рамках этой программы организовали встречи в Баку по национальному развитию, поездки на Северный Кавказ (Кабардино-Балкария), а в мае 1990 года началась работа по проблеме "экологических переселенцев" в связи с переселением сванов в азербайджанские районы, затем участие в масштабной акции по Черному морю, поездки в Европу и выступления на экологических и общественно-политических форумах: летом 1991 года в Москве на Десятом конвенте "За безъядерную Европу", летом следующего года на Одиннадцатом Конвенте той же организации в Брюсселе. Об отношении "зеленых" к национальному вопросу мы можем узнать и из доклада Гвелесиани "Социальная и культурная политика Грузии", сделанного на съезде "зеленых" Грузии в декабре 1990 года.
   ..."Прошлые 190 лет, - говорил "эколог", - основательно подточили веками устоявшиеся национальные, социальные и культурные институты. Социальное бесправие причинило невосполнимый вред демографическому положению нации. В этнокультурную нишу, занимаемую грузинским народом, начал проникать чужой паразитирующий элемент, что вызвало заболевание части нации. Грузия за 70 лет практически была изолирована от международного культурного обмена. Частично, из-за такой изоляции, сложилось за границей неверное представление о Грузии и грузинах... Движение зеленых, в первую очередь, должно защищать права и интересы угнетенных людей, тех, которым это общество не предоставляет социальную защиту. Мы не имеем морального права забывать о тысячах больных, инвалидов, одиноких стариков и матерей, бездомных, детей из детдомов и пр. Движение зеленых должно поставить перед собой как одну из важных задач борьбу за социальную справедливость..." И ни одного, как видим, слова в защиту задыхающейся матери-природы.
   Во время противостояния в Южной Осетии представители Комитета охраны природы Грузии и активисты "зеленых" проникали в район противостояния с удостоверениями егерей и оружием, помогая в разведке и боевых действиях против осетин.
   Движение "зеленых" (на первых порфс интернациональное) в Абхазии возникло на волне протестов против строительства ЛЭП-500, которая должна была соединить Абхазию с Краснодарским краем, и спровоцированных "сверху" протестов против организации производства мышьяка в Сухумском физико-техническом институте летом 1989 года. В середине 1990 года в Сухуме оформилось областное отделение партии "зеленых" Грузии, председатель которого Гия Гвазава очень позабавил участников Х-го Конвента "За безъядерную Европу". С высокой трибуны он заявил о радиоактивных осадках в Сухуме после взрыва в Чернобыле, назвав цифры, от которых вздорогнул зал: это были величины радиоактивности внутри ядерного реактора! Группа Г.Гвазавы делала вид, что занимается охраной зеленых насаждений в городе Сухуме и декларировала ряд других экологических вопросов. На "зеленой волне" Г. Гвазава вошел в число депутатов Верховного Совета, стал членом его Президиума. Вскоре его имя прозвучало в связи с активным участием в разграблении зимой 1992 года поезда с инвалидными автомашинами, следовавшего в Армению через Сухум. Лидер "зеленых Абхазии" сумел захватить сразу две машины, а потом ставил вопрос в правительстве о том, что было бы вполне справедливо продать эти машины укравшим их - за государственную цену. Предав интересы своих сухумских избирателей, он затем сыграл одну из главных ролей (наряду с депутатами-проводниками политики Шеварднадзе в Абхазии - бывшими вторым секретарем Гагрского горкома КПСС Т.Надарейшвили, первым секретарем Гальского райкома КПСС В.Колбая, до того безвестной псевдокабардинкой Э. Астемировой и др.) в организации абхазской социально-экономической катастрофы, начавшейся 14 августа 1992 года. А когда пожар войны разгорелся, и в Сухуме стало жарко, Г. Гвазава сменил свой абхазский депутатский мандат на мандат депутата парламента Грузии и перебрался в Тбилиси. Вот такая эволюция: от "зеленого" для грабителя поездов и далее до "коричневого".


 
 
 

Вопрос-Ответ

Счетчики:

Яндекс цитирования